суббота, 27 июня 1992 г.

«Вся жизнь оставшаяся... в Вас»


Чем можно удивить тебя, сегодняшний читатель? Что в суете городской жизни успокоит твою растревоженную душу? Может быть, рассказ о далекой любви?.. Любовные письма, как говорил Новалис, «первоисточник вселенского чувства». «Не храните их!» - часто просят влюбленные авторы друг друга. Но их так же больно уничтожать, как и расставаться с самим чувством.

В моих руках провинциальные письма о любви. Их адресат - Евдокия Григорьевна Кондратьева - личность незаурядная... О ней как-то уже писала «Наша жизнь». Она родилась в семье лихославльского станционного мастера. Судя по содержанию около 20 писем, Евдокия была своеобразным центром молодежного лихославльского бомонда начала века. В 1907 - 1908 г. г. в нее были страстно влюблены сразу три человека: сын местного купца Григорий Шалыгин. житель станции Лихославль Ceргей Губанов и станционный солдат из Калашникова Павел Розенталь.

Вот любовные письма двух последних. Это своеобразные выжимки из многих писем, находящихся в архиве Лихославльского музея.

«Милая! Славная! Дусик! Спасибо, спасибо несколько раз, что ты меня не забыла... Дусик! Зачем? Зачем ты желаешь мне счастливого успеха в любви? Любить в Лихославле кого-нибудь без тебя... Нет, некого, нет, нет... Но, а ты-ты любишь и любима, т. е. для меня занята навсегда...

Славная, дорогая Дусик! Я теряюсь в своих заключениях. Что могло значить на станции твое... «может забыться». Шутка это или нет, но я принял эти слова за правду. Прости меня, Дусик, если я ошибся, но почему твои подруги говорят, что я лишний, когда ты о Гришею Шалыгиным. Честное слово, я ничего не понимаю, голова идет кругом. Больше терпения не хватает, чтобы не слышать твой голос. Эти три дня, в которые было отсутствие голоса вашего, я чуть не угодил в «желтый дом». Позвольте мне пробыть с вами хотя бы несколько минут. Я жажду разрешения... позвольте мне сегодня заехать за вами...

Прощай, славная, хорошая Дусик, прощай и не сердись на меня. Всего наилучшего, моя милая, славная, как мне скучно будет там без тебя... Мне довольно того, что я мог видеть тебя хотя бы одну минутку... Прости... Прощай, жизнь! Не могу...
Твой Сер. Губанов».

«Многоуважаемая Евдокия Григорьевна! Что же Вы не хотите ответа написать. По моему мнению, должно не так, если кто мне пишет, я стараюсь как бы поскорее ответ написать, а Вы стараетесь ревновать нашего брата... С тех пор. Как Вы уехали ил Калашникова, во мне находит какая-то скука, каждый день сильнее и сильнее аппетит видеть Вас. Поверьте, до того полюбил Вас, что и говорить не остается, не приходилось любить так никого... Но Вы меня видеть не хотите и даже рады, будете, если я уеду... Но горячая моя любовь к Вам во веки останется и не . изменится ничуть. Так любить никого не придется, верно, что вся жизнь оставшаяся состоит в Вас. Душечка, душечка! Не знал я, что господин Шалыгнн за Вами ухаживает... Так что прощайте навсегда! Гуляйте веселее, уезжаю в Спирово!..

Целую Ваши славненькие ручки!

Павел Хритофорович Розенталь».
В конце скажу, что Евдокия Кондратьева так во всю жизнь и не нашла свою любовь, или ее потеряла...

© Кузьмин В. «Вся жизнь оставшаяся... в Вас» // Наша жизнь (Лихославль). 27 июня 1992 года

вторник, 12 мая 1992 г.

Из Истории Вырецкого прихода


В нашем городском филиале Тверского государственного объединенного музея есть иконы, церковные книги, храмовая утварь, фотографии местного священничества, а также рукопись" «История Вырецкого прихода» (1909 -1911 гг.). Думаю, «История» вызовет интерес у читателей, доставив минуты познавательного чтения, Рукопись разделена мной на две части, сделаны некоторые несущественные сокращения.

Необходимо поблагодарить Е. Г. Мухину, директора филиала ТГОМ, предоставившую эту рукопись для печати.

Вл. КУЗЬМИН, член общественного совета Лихославльского музея


I. ТВЕРЩИНА

Приход села Вырца составляют следующие селения: Вырец, Стречково, Погары, Доманиха, Костюшино, Дивовка, Лежнево, Дойбино. Весь Приход со всеми деревянными постройками, кроме того, называется одним именем Тверщина...

До 1861 года прихожане села Вырца все были крепостными помещиков...«В первое время все прихожане, по преданию, были закрепощены некоему по национальности французу Диву... От Дивовых с течением времени стали отделяться части имения к помещикам других фамилий. Это происходило в тех случаях, когда кто-либо из женщин фамилии Дивовых выходили замуж и ей выделяли часть имения.

При крепостном праве все прихожане, кроме земледелия, занимались производством угля. Этому благоприятствовало, во-первых, то обстоятельство, что в то время в Тверщине было обилие леса и помещики заказывали рубить его, и во вторых, сбывать уголь было удобно, так как в недалеком расстоянии в селах Васильевском и Михайловском (близ Твери) все жители (мужчины и женщины) занимались зимою и летом ковкою разнообразных гвоздей, для чего требовалось очень много угля, который и доставляли исключительно прихожане села Вырца.

При производстве угля крестьянам, свободным от земледелия, большую часть времени приводилось проводить в лесу, даже и ночевать при ямах, в которых жегся уголь. Это обстоятельство послужило причиною того, что тверщинские жители отличались от крестьян соседних деревень грубостью и серостью. Сообразно своему ремеслу и одевались в . кое-какие поволочные кафтаны, крытые белою холстиною. Люди, одетые в такую маркую одежду, покрытые угольною пылью, представляли из себя некрасивую фигуру, к тому, же; лица и руки их тоже пачкались той же пылью. Пишущему сии строки (урождённому села Ивановского Овцыных, Тверского уезда) в детстве часто приходилось видеть картину, как тверщинские накануне воскресения или какого-либо торгового дня обозами тянулись с возами угля в Васильевское и всегда пугали нас люди, сопровождающие возы, перепачканные углем и говорящие особенным выговором на «о».

После крепостного права тверщинским жителям пришлось бросать свое старое старое ремесло. К этому принудило их, во-первых, то, что помещики, наделив их землею, отрезали леса в свое владение, а во-вторых, производство гвоздей в селах Васильевском и Михайловском тоже стало падать, так как гвозди дешевле и лучше стали делать машины. От производства угля прихожанам села Вырца волею-неволею пришлось переходить к "чему-либо другому.

Первый пример нового способа добычи подали крестьяне деревни Доманиха.. Кто-то из них в свободное время вздумал торговать в разном скипидаром. Скипидар до сих пор считает в простом народе полезным медицинским средством от многих болезней, почему торговля скипидаром оказалась очень прибыльно и заманила к этому других предприимчивых людей, так что впоследствии занялись торговлей все из доманихинских. Потянулись к этому прибыльному делу и крестьяне других деревень прихода. С течением времени к скипидару торговцы стали прихватывать другие мелочные товары: иголки, пуговки, замочки, картинки лубочного производства, дешевые книжки и др. И развозят все это... по деревням Новгородской, Псковской, Смоленской губерний и продают с выгодою для себя.

Торговля эта была выгодна особенно, в первое время, когда было мало торгующих и когда покупатели не знали цены настоящей товару. Теперь же, когда размножилось число торгующих, цены на товар пали, но все-таки торговля настолько выгодна, что почти все прихожане, исключая старого и малого, при наступлении зимнего пути отправляется сначала в Москву для покупки товара, а затем на лошадях в уезд на торговлю. При каждом возе товара, отправляются двое - хозяин и работник; товару покупается рублей на 100, 200 и 300. Люди, которые не имеют достаточных средств для покупки товара в Москве, промышляли и промышляют более мелкою торговлей.

С переменою угольного ремесла на торговое, прихожане, по-видимому, окультурились, вместо курных изб настроили чистые дома с резными украшениями, а поволочный кафтан заменили модными пиджаками, но, в сущности, благосостояние не улучшилось, а, скорее, ухудшилось. Прежде, при столь неприглядной обстановке своей жизни, они богаты были и скотом, и полными амбарами хлеба, и у редкого домохозяина не было закопано под полом Кубышки с деньгами, а теперь, когда по наружности они выглядят купцами, пусто у них и на дворе, пусто и в амбаре, голодно и на столе. Кроме того, при торговле, стараясь продать свой товар как можно прибыльнее, торговцы не обходятся без обмана и при этом прибегали, несомненно, и к клятве.

Такое обстоятельство очень вредно отразилось на нравственности вырцовских прихожан. Желание к наживе иногда приводило их к преступным средствам для этого. Так, в половине прошедшего столетия (1862-65 годы) некоторое время между торговцами стала было развиваться очень прибыльная торговля фальшивыми кредитками. Один из них каким-то образом нашел фабрику таких кредиток в местечке Гуслицах Московской губернии, передавал их своим товарищам, и те сбывали из, распространяя для торговли с мелочами. Но это продолжалось недолго и кончилось ссылкою на каторгу шести человек из крестьян деревни Доманиха.

Не так давно стало развиваться между приходами села Вырца малярное дело. Это незамысловатое ремесло оплачивается очень хорошо и заманивает очень многих. В самом деле, подросток, стоящий как работник при сельской работе рублей 30-40 в лето может как маляр заработать от 100 до 160 рублей. Й это дело имеет оборотную сторону: молодые люди, не окрепшие еще нравственно, в Питере или другом каком-либо городе, куда они уезжают для заработков, попадая в среду предаются пьянству и разврату. Много они, может быть, добывают, но немного из добычи попадает в дом. Кроме этого, эти люди уже с небрежением смотрят на земледельческие труды.

© Кузьмин В. Основано новгородцами [об истории с. Вырец Лихославльского р-на] // Наша жизнь. Лихославль, 1992, 12 мая.

среда, 11 марта 1992 г.

«Село у озера Святое»

Автор корреспонденции «Село у озера Святое» В.Беляков утверждает, что село Вырец построили карелы. Это не так. И это, к сожалению, не единственная неточность в заметках названного автора, которые часто публикуются и в лихославльской газете «Наша жизнь». Отдавая должное уважение кропотливому труду В. Белякова, который, будучи на пенсии, посещает отдаленные от райцентра села и деревни, все-таки не могу понять, почему он стремится описать русские села, причем древнейшие, как карельские.

Совсем недавно как карельское им описывалось древнейшее русское село Ильинское. Эту «оплошность» заметил житель Ильинского В. Равин, написав в районную газету. Теперь вот русское село Вырец (или Вырца), возникшее на рубеже XV-XVI веков, названо карельским. Подобные неточности вызывают тревогу, тем более что записки В. Белякова, сотрудника лаборатории ТГУ, как известно, составят основу первого тома энциклопедии «Тверская деревня», замышлявшейся еще доцентом ТГУ В. Виноградовым.

Село Вырец основано не карелами, а новгородцами, которые построили здесь деревянную церковь, разумеется, православную. Этот храм положил начало погосту, только не Вырецкому, а Ладыженскому. Название его, связанное с гидронимом Ладога, принесли с собой новгородцы, позднее воздвигнув церковь в память победы над литовцами. Вырец - столица древней Тверщины, края семи деревень, населенных новгородцами, бежавшими в XtV веке из Новгородского княжества от московских войск. Что же до карел, то в XVII веке они селились на северо-западных землях и не далее реки Кавы, а на востоке от Вырца в селах Никольское и Микшино. На юге же от Вырца располагаются русские села Зайково, Степаново, Пески, Толокново, на севере Тверщину ограничивали болота. Название села Вырца происходит от диалектного «выркать». т. е. иметь странный и неблагозвучный выговор, речь. Дали его погосту жители южнорусских тверских сел, ведь речь новгородцев заметно отличалась от среднерусских говоров. В процессе одной из палатализации, осложняемой северным новгородским цоканьем, «к» в корне изменилось на «ц». Подобное по семантической мотивации название носит столица тверской Карелии - Толмачи. Оно произошло от глагола толмачить (или толмить). Толмачи - устные переводчики с одного языка на другой. В крупных карельских селах жили специально посланные для толмачества люди.

Итак, Вырец (или Вырца) - село русское. Второй храм был воздвигнут здесь в 1682 году (клировая ведомость за 1793 год) во имя Святителя и Чудотворца Николая с приделом во имя пророка Илии. Церковь имела двенадцать икон, две двери и украшалась двумя деревянными главами с крестами. В 1826 году, т. е. в 20-е годы, а не 30-е, как утверждает В. Беляков, церковь «была предана огню». Как свидетельствует легенда, «сам Бог означил место нахождения храма особенным образом, а именно: на этом месте сами собою выросли две березы, в березах этих верующие люди видели некоторую особенность, отличающую их от других берез: каждый лист на них имеет глубокие выемки, напоминающие кресты».

Строительство же ныне существующей и действующей церкви было начато в 1813 году в честь Знамения Божией Матери и закончено в 1823-м. В этот год 30 сентября храм посетил и освятил главный алтарь архиепископ Тверской Преосвященный Иона. Затем в 1825 году были освящены два других престола. В 1883 году церковь закрыли для перестройки, так как в сводах трапезной была обнаружена большая трещина. Через семь лет ремонт был завершен, устроен новый иконостас, который в 1894 году вызолочен на деньги помещиков Дивовых.

Такова вкратце дооктябрьская история русского села Вырец (или Вырца).

Кузьмин В. Карельское ли село? // Тверская Жизнь. 1992, 11 марта.

вторник, 3 марта 1992 г.

Жил-был француз

Топонимика - одна из самых притягательных краеведческих тем. Удивительно интересно бывает шаг за шагом докапываться до исконного значения того или иного топонима. Поразительно, что возможность движения вглубь имени почти неограниченная, ваш успех зависит менее от запаса знаний и более от терпения.

Сегодня на просторах Тверской области нет уже многих сел и деревень, а вместе с ними исчезли и забыты их имена. Конечно, многие из них хранят ревизские сказки в переписи, но процесс расшифровки топонима усложнен, потому что не осталось людей, помнивших увлекательные легенды, рассказывающие о происхождении имен родных деревень и городов.

Чисто лингвистический подход к проблеме топонимики часто оборачивается досадными ошибками. Однажды я привел пример подобной ошибки в словаре проф. Никонова, толковавшего топоним Лихославль, как производное от русского имени Лихослав, принадлежавшего какому-то князю...

А сейчас - еще о двух интереснейших топонимах. Первый уникален тем, что это очень редкое наименование прихода, не совпадающее с названием храмового села.

Приход деревень (XVII в.) русского села Выред, в который входили деревни Стречково, Погары, Доманиха, Дивовка, Лежнево, Дойбино, ранее называли именем Тверщина или ТверчИна. Толкование этого названия, до недавнего времени необъяснимого, обнаружено мною в церковной летописи прихода, написанной с благословения архиепископа Антония в 1909 году, в чем он собственноручно подписался.

Совершенно ясно, что название Твершина каким-то образом связано с топонимом Тверь и гидронимом Твериа. Но оставалось непонятно, почему территория, довольно отдаленная от Твери(около 30-ти верст) и Тверцы, названа таким именем? Летопись объясняет это так: «место, где расположены деревни села Вырца, населены выходцами Новгородского княжества, и так как это место примыкало к границе Тверского княжества, то оно и названо новгородцами Тверщиною (ЛФ ТГОМ; VfHM; КОФ343). Летописец, на мои взгляд, прав... Можно предположить, что при покорении Новгорода московскими князьями жители новгородской земли, выселенные с мест исконного проживания и преследуемые занявшими их земли московитянами, избрали это место как очень удобное для временного укрытия. Места Тверщины и до сего дня богаты старыми дремучими лесами, здесь расположено одно из крупнейших болот Лихославльского района. По замечанию летописца, жители Тверщины отличались особенностями произношения: в их речи резко выделялся звук «о». Они считали себя народом «отличным от прочих русских» и часто говорили: «Там на Руси…», но «...у нас в Тверщине».

Большинство деревень Тверщины принадлежали семье помещиков Дивовых: Костюшино - Николаю Алексеевичу Дивову, Доманиха и Дивовка - Борису Алексеевичу Дивову, Дойбино - Николаю Ивановичу Ермолинскому (мужу Елены Дивовой) и лишь Погары - Шнейдерсу.

Увлекательна история происхождения топонима Дивовка и антропонима Дивов. По преданию, крестьяне этих деревень были закрепощены за каким-то французом Диву, От него-то и пошел род Дивовых, и деревня русских крестьян стада называться Дивовкой.

Удивительны пути истории: за тайной -тайна, за загадкой - загадка И сколько нам их еще разгадывать! И сколько нам не разгадать...

© Кузьмин В. Жил-был француз [топонимика Лихославльского р-на] // Наша жизнь. Лихославль, 1992, 3 марта.